Статьи...

Мы познакомились с Сергеем на дне рождения моей давней подруги. Он сразу привлек мое внимание. Было в нем что-то такое... М-м-м, даже не знаю, как это назвать. Вроде бы рваные потертые джинсы, черная майка с жуткой надписью «Рок -жив!», куча цепей внушительного размера и убийственно длинные кудрявые волосы как-то не сочетались с моим понятием «настоящего мужчины». Я и сама не могла объяснить себе, что нашла в этом угрюмом байкере? Да вот только тянуло меня к нему с невиданной силой. Спустя неделю, мы уже рассекали городские просторы на его мотоцикле, пели песни под гитару и вроде как встречались, к ужасу всех моих подруг, а главное — моей мамы.
Надо сказать, что угодить маме совершенно невозможно. Будь ее воля, она не задумываясь бы отдала меня в институт благородных девиц, а сама тем временем подыскивала бы мне удачную партию. Мама, видите ли, считала, что дочь ее годится в супруги лишь потомственному графу голубых кровей, и разубеждать ее в обратном бесполезно.
К слову, моя мама — женщина уникальная: вышивает гладью и крестиком, пишет картины маслом и читает наизусть стихи Есенина. В общем, интеллигентная во всех смыслах этого слова женщина. Ну, как, скажите как, я должна была сообщить ей о том, что ее единственная дочь выбрала себе в спутники жизни бравого байкера на железном коне? При одной только мысли о том, что придется их знакомить, меня била дрожь, и волосы вставали дыбом.
Ситуация накалялась еще и тем, что мамуля ежедневно выспрашивала меня о моем новом увлечении. Дескать, кто он такой, семи ли пядей во лбу, из чьей семьи и с какими намерениями? И вот в один прекрасный солнечный день я решила — будь что будет! Познакомлю я маму с ее будущим зятем, в конце концов — это исключительно ее идея. В общем, кульминационный момент настал. И я с тяжелым сердцем начала к нему готовиться.
Вечером, стоя на лестничной площадке рядом со своим ненаглядным, я пыталась хоть как-то придать ему солидный вид: поправляла кожаные браслеты, старательно замазывала татуировки тональным кремом и давала четкий инструктаж для дальнейших действий.
Через 15 минут после того, как мы оба переступили порог моей квартиры и предстали перед очами моей родительницы, я откачивала последнюю в ванной нашатырным спиртом.
Мама была против. Против Сережи, против наших отношений и против меня, слабоумной дочери, которая ни в грош не ставит семейные традиции и всячески позорит отчий дом.
Тем временем на кухне Сережа за обе щеки уплетал мамины жареные котлеты, ни сном ни духом не ведая о разгоревшихся страстях в соседней комнате. Когда мне кое-как удалось убедить маму выйти на кухню, пообщаться с гостем, на столе не осталось ни крошки съестного, а мой ненаглядный сидел с довольным видом, ковыряя вилкой «селедку под шубой». Красноречивый мамин взгляд не предвещал ничего хорошего. Вечер окончился стремительно быстро, дабы не принес ни одному из собравшихся ни капли положительных эмоций. И я поспешно проводила гостя до дверей, ответив на его: «Ну, че, все в норме?" — своим неуверенным: «Ага».
Так и началась наша новая жизнь — я, Сережа и мама. Надо сказать, что на сказку все это было мало похоже. Просто мама с самых первых минут невзлюбила моего рокера. Да и он, похоже, не питал к ее персоне теплых радужных чувств. Теперь представьте, каково было мне разрываться на две части и угождать каждой стороне в ситуации нарастающего недовольства. А недовольство нарастало с каждым днем все больше и больше. Мама частенько названивала мне на мобильный телефон с жалостливыми просьбами приехать после работы домой и остаться на весь вечер, а то сегодня она чувствует себя особенно больной и слабой. Сначала я, как и подобает порядочной дочери, со всех ног неслась к хворающей маме и исполняла любое ее желание. Но со временем стала замечать, что приступы плохого самочувствия повторялись с завидным постоянством, как только на горизонте появлялся Сергей верхом на своем железном коне. Мне ничего не оставалось, как признать факт материнского шантажа и бессовестного симулирования болезни. Разоблачив коварный мамин план, я поговорила с ней по душам. Но разговор желаемого результата не принес. Мама упорно продолжала изобретать все новые и новые способы борьбы с неугодным зятем.
Одной из самых невероятных идей моей мамы был отбор достойных, по ее мнению, претендентов на мое девичье сердце. Поэтому в нашем доме все чаще стали появляться неизвестные мне лица мужского пола — сынки маминых подруг и коллег по работе. Причем сразу было видно, что выбирала их моя сердобольная маман. Они как один цитировали наизусть великих классиков и наперебой спорили о нелегкой жизни бабочек-капустниц в условиях современного симбиоза. Мама одобрительно кивала головой и толкала меня ногой под столом. Вот, мол, смотри, недотепа, каким должен быть настоящий мужчина. Я смотрела и даже слушала весь этот бред, а потом, сломя голову, неслась к своему Сергею, и мы до утра гоняли на мотоцикле по ночному городу, горланили песни и громко хохотали.
Ну разве могла понять моя мама, что именно благодаря Сереже я впервые почувствовала, как это здорово — нарушать любые запреты и чувствовать себя легко и свободно. Он был моей дверью в другой мир, которого я раньше не видела и не знала. А теперь это — и мой мир тоже, и я по-настоящему счастлива, что нашла в него дорогу.
Мама злилась, грозилась «поставить меня в угол», лишить наследства и пожаловаться отцу, с которым была уже десять лет как в разводе.
Все напрасно. Я была непреклонна. Тогда она пошла на крайние меры. Решила подкупить будущего зятя. Нет, не деньгами и не семейными реликвиями. Она действовала тонко, как настоящий стратег, день за днем пыталась подчинить моего бедного Сереженьку своей неукротимой материнской воле. Что-что, а веревки из мужчин она умела вить на славу. Каждый раз, как мой суженый появлялся в нашей квартире, он подвергался искусным пыткам со стороны моей родительницы. Она, не стесняясь, выспрашивала самые интимные подробности из его жизни, обсуждала со мной его бывших девушек, кормила холодной манной кашей и заставляла учить наизусть сочинения Пушкина. Сережа безропотно повиновался, стараясь изо всех сил наладить семейные отношения. А я краснела от злости, но терпела проделки своей мамы, думая, что скоро она смирится с моим выбором и заживем мы долго и счастливо все вместе.
Как бы не так. Мамуля ежедневно придумывала все новые хитрости и доводила моего любимого до слез. Она завязывала морским узлом его носки, отпарывала пуговицы на новой рубашке, пересаливала ужин в его тарелке и с милой улыбкой вопрошала, не надо ли ему еще чего? А то она с радостью, чего только не сделаешь ради любимого зятя!
Последней каплей была подсыпанная в чай изрядная доля слабительного. Мой гражданский муженек полдня просидел в туалете, злобно шипя за закрытой дверью, опоздал на еженедельную встречу байкеров в соседнем дворе и пропустил футбольный матч. Выйдя наконец из своего заточения и с опаской посматривая в сторону коварно улыбающейся тещи, он заявил, что нам нужно какое-то время пожить отдельно. Собрав нехитрые пожитки, он поспешно ретировался на своем железном коне. Почему-то, слушая удаляющийся рокот . мотора во дворе, я поняла — он больше не вернется.
Страдала я долго — недели две или три, пока наконец не встретила своего нового принца. Теперь уже без коня, но на очень приличной иномарке. Мы вместе вот уже почти месяц. Но с мамой я его пока знакомить не спешу. Еще свежи в моих воспоминаниях картины прошлой семейной жизни.
Не знаю, сколько еще удастся мне скрывать свою новую любовь. Только вот вчера моя мамуля с невинным взглядом, помешивая ложкой чай, поинтересовалась, скоро ли я познакомлю ее с новым зятем.
— Скоро, мамочка, скоро, — заулыбалась я, усиленно сжимая за спиной пальцы крестиком и придумывая, как бы оттянуть этот надвигающийся процесс.